Вывод молодых. — Летний образ жизни выводков.

Как было сказано выше, с конца апреля кополухи садятся на яйца, тока редеют все более и более, и начинается второй период жизни глухарей — вывод молодых и линяние, а затем и охота на выводки. Период этот, хотя и не совсем правильно, можно назвать летним, особенно если считать его только со времени вывода молодых птенцов.

В юго-западных губерниях и в Южном Урале большинство глухариных самок садятся на гнезда еще неделею-двумя ранее этого срока, и даже в Средней России очень старые кополухи выводят молодых в средине мая, иногда ранее, но это бывает очень редко и то при особенно благоприятных условиях, т. е. ранней и теплой весной. Так, М. Н. Богданов свидетельствует, что он раз нашел выводок глухарят 9-го мая (в Казанской губ.)( Ж. охоты и коннозаводства», 1874, стр. 38. Точно так же и по моим наблюдениям в Елатемском у. Тамбовской губ. большинство глухарят вывелось (в 1868 г.) в последней трети мая. ). Точно так же и я в несколько более северных местностях находил несколько раз недавно вылупившихся птенцов в 20-х числах мая. Но вообще выводок молодых глухарей совершается в первых числах июня и, следует заметить, совершается гораздо дружнее, чем у тетеревов, поздние выводки встречаются несравненно реже, и большая часть глухарят имеют одинаковую величину. Это зависит, во-первых, от меньшей продолжительности токования глухарей, а главное, объясняется относительною безопасностью яиц. Последние реже подвергаются различным случайностям, как, напр., разорению различными хищниками и человеком, весенним морозам и, наконец, палам, истребляющим так много гнезд полевиков.

Эта относительная безопасность яиц, а следовательно, и одновременность вывода объясняется, в свою очередь, самою местностью, избираемой глухаркой для своего гнезда. Выше было оговорено, что тока глухарей всегда находятся в большем или меньшем отдалении от жилья, в более или менее глухих местностях леса, часто около или даже в самых моховых болотах. Но так как самки по необходимости должны нестись в недальнем расстоянии от этих мест сборищ самцов, то отсюда очевидно, что гнезда глухарок должны находиться также в довольно глухих и уединенных частях леса. В этом отношении они составляют противуположность тетеркам, тем более что никогда не вьют гнезда в чистом чернолесье. Правда, кополухи не несут в очень частом лесу, но они все-таки выбирают для гнезда место, более защищенное от ветра и холоду: всякому известно, что весной в хвойном, особенно еловом, лесу мороз и ветер гораздо менее чувствительны, чем в лиственном. На открытых местах, у самой опушки леса я никогда не находил яиц глухарки, и с этим, конечно, согласится каждый охотник, наблюдавший нашу птицу( 'Только г. Романов в своей компиляции «Охота на птиц в России» неизвестно на каком основании утверждает, что глухарка выбирает для гнезда чрезвычайно открытое место, нередко невдалеке от дороги или лесных тропинок. ). Только на крайнем севере, около Полярного круга, почти на пределах крупноствольной древесной растительности, самки глухарей более по необходимости несутся на ровных мшистых болотах( См. Миддендорф. «Сибирская фауна». ).

Впрочем, если не в болотах, то все-таки в сравнительно сырых местностях леса гнезда глухарок находятся довольно часто не только в северной, но и в средней полосе. И действительно, яйца кополухи далеко не так боятся сырости, чем мы это видим у тетерки, и если мы вспомним, что глухари вообще менее избегают влажных местностей (по крайней мере, у нас в России и большей части Сибири), чем полевые тетерева, то этот факт не представит ничего удивительного. Всякому известно, как мало боятся сырости яйца большей части водяной и голенастой птицы. Но если отдаленность от жилья предохраняет яйца глухарки от разорения собаками, мальчишками и сороками, разорению столь обыкновенному для гнезд тетерок, если гнездо ее, будучи более закрытым, реже может быть усмотрено зорким глазом хищной птицы и под надежной защитой хвойного леса защищено от ветра и мороза, то меньшая чувствительность яиц к сырости вместе с более раннею кладкою предохраняет их от палов, притом в хвойных лесах, бывающих значительно позже, чем в лиственных, не ранее конца мая, а больше в июне.

Все сказанное нами, очевидно, будет иметь прямым последствием одновременность вывода глухарят. В этом последние составляют полную противуположность тетеревятам, и у них мы никогда не можем найти такого резкого различия в возрасте отдельных выводков. Но здесь надо принять во внимание еще одно важное обстоятельство, обусловливающееся малочисленностью самцов по отношению к самкам. Именно самка, почему-либо утратившая свои яйца во втором периоде насиживания, напр., в средине мая (для Средней России), не имеет никакой возможности начать вторую кладку, так как к тому времени все самцы, даже молодые, годовалые (особенно при ранней весне), уже покидают тока и начинают линять. Во многих местностях не только у нас, но и за границей даже замечается, что огромное количество самок, именно все или почти все выведшиеся в прошлом году, остаются холостыми, т. е. избегаются самцами, даже своими ровесниками, которые тоже понимаются со взрослыми кополухами.

Несмотря на то, что несутся только взрослые самки, количество яиц вообще у нас в России бывает значительно менее, чем количество таковых у тетерок, главная масса которых, особенно в средних губерниях, напротив редко бывает старее 2-х,лет. Однако не подлежит никакому сомнению, что в Западной Европе кладка глухарок совершенно одинакова по числу с кладкой тетерок. Чем объяснить это странное явление, решить весьма трудно, но, как бы то ни было, ни я и ни один русский наблюдатель и охотник не находили у первых более 9 яиц: maximum кладки вряд ли более 10; между тем в Германии (собственно в Средней Европе) как Вурм, так и Водзицкий, Альтум и многие другие орнитологи и охотники не раз наблюдали у глухарей от 12 до 16 яиц( См. Wurm. «Das Auerwild»; Wodzicky в «J. f. Ornithologie», 1853, стр. 444; Altum. «Forst-Zoologie»; Эверсманн и др ). Единственно возможное объяснение заключается в том, что большинство хотя бы и старых глухарок у нас оплодотворяется, напротив, слишком молодыми самцами. Здесь же, вероятно, надо искать причины значительного количества болтунов и частого нахождения очень мелких яиц. А это все, в конце концов, объясняет нам мельчание этой птицы в Средней России и превращение раменных глухарей в ша-хровых.

Итак, гнездо глухарки находится всегда в хвойном или смешанном лесу, если не в чаще, то все-таки в относительно закрытой местности, поблизости от токов, а следовательно, и мшарины, часто в последней, вообще нередко в сырых местностях, что отчасти зависит и от близости ягодников, следовательно летнего корма, и содержит не более девяти яиц. Как самое гнездо, так и яйца глухарки имеют большое сходство с таковыми у тетерки. Гнездо также находится в небольшой естественной, а чаще несколько углубленной птицей ямке, выстлано сухими травинками и небольшим количеством пуху; что же касается яиц, то они несколько более, хотя относительно невелики и несколько желтее и круглее. Величиною они немного превосходят куриные, а в числе их изредка находится одно яйцо весьма незначительной величины, по всей вероятности последнее в кладке; тем не менее такие яйца-карлики, по-видимому, не всегда бывают болтунами и дают очень малорослых птиц. Таких малорослых глухарей не раз наблюдали в Германии: Фрич, например, упоминает о глухарке, которая уступала в росте обыкновенной тетерке.

Глухарка сидит на яйцах около четырех недель, даже несколько более (до 30 дней). Подобно тому как это замечается у тетерки, да и у всех птиц, насиживание начинается собственно с кладки последнего яйца; до этого времени глухарка сидит на яйцах только по ночам, больше с целью предохранения их от ночного холода. Вообще, как порядок кладки (ежедневно, ранним утром)(Однако, судя по наблюдениям над глухими тетерками, несшимися в неволе (см. А. И. Хватова «Приручение и одомашнение тетеревов глухих»), они несутся через день.

Что касается каменного глухаря, то он. по наблюдениям Дыбовского в Забайкалье (см. Тачановский в «J. fur Ornithologie», 1873, Н. II, 98), гнездится в сырых местах, поросших березой и лиственницей, а самое гнездо находится б. ч. под упавшими деревьями в густой траве. Яиц у него бывает от 3 (?) до 8. Заметим кстати, что здесь русские зовут его глухарь-мунгат, а бу ряты отличают его от обыкновенного глухаря по цвету клюва. ), так и весь период насиживания не представляет у кополухи никаких отличий и особенностей. Они так же отлучаются на весьма непродолжительное время, прикрывая яйца травою, и кормятся тут же поблизости; разве только они сидят еще крепче на гнезде, чем тетерки. По крайней мере, были примеры( J. f. Ornithologie», 1.853, стр. 370. ), что перед выходом на свет птенцов наседку-глухарку удавалось брать с гнезда руками и снова сажать на место, и она не делала никаких попыток к бегству( См. Wurm. «Das Auerwild.» Однако молодая самка, будучи потревожена в начале высиживания, иногда бросает гнездо. ), обязательство, несколько уменьшающее ее относительную безопасность от хищников, хотя кополухе все-таки при ее величине и силе чаще удается вырваться из когтей большой хищной птицы, напр, филина, и хищного зверя, как, напр., лисы. И тот и другой враги, по-видимому, самые главные, почти единственные в это время года, между тем как хорьки, горностаи и хищные птицы среднего роста опасны уже исключительно тетеревам, с которыми имеют и более однородное местопребывание.

По прошествии 4-х недель один за другим в течение суток вылупляются глухарята. Многим удавалось находить их со скорлупой на спине, и, несмотря на это, птенцы бегали уже довольно проворно(Winckel. «Handbuch fur Jager».), что заставляет думать, что они, подобно тетеревятам, выбегают из гнезда в тот же день, едва только обсохнут под крыльями матки. Впрочем, редко удается найти более 8 кополят в одном выводке, так как всегда одно или два яйца оказываются болтунами, и самое обыкновенное число птенцов 5—6. Первое время они покрыты ржаво-желтым пухом с черноватыми и бурыми пятнами и полосками на верхней стороне тела; на брюхе и особенно горле пух этот сероватее и светлее. В гнездовом или пуховом наряде лоб и уздечка розово-желтые, украшенные двумя буроватыми полосками, начинающимися позади ноздрей, и бурыми пятнами на уздечке; над глазами тянется в виде дуги бурая полоска; между ними проходят две соединяющиеся позади чернобурые полоски; задняя часть головы ржавого цвета с черноватой тесемкой позади, а на этой последней расположена отвесно полоска, идущая вдоль ржаво-желтой шеи; бока головы ржаво-желтые с бурой или черноватой черточкой позади глаз; перья спины ржавого цвета с черноватыми и бурыми пятнами и полосками; перья нижней стороны сероватые, серо-желтые, светлее всего на горле. Глаза голубовато-серые, зрачок свинцового цвета, верхняя половина клюва темная, нижняя светло-рогового цвета; пальцы и ногти пушистых ног желтоватые.

Глухаренок

Молодые самчики с первого взгляда ничем не отличаются от самок, однако при более внимательном осмотре и сличении не трудно усмотреть, что у первых голова заметно толще. Промышленники на Урале безошибочно отличают по этому признаку самых молодых птенцов, даже не имея других для сравнения.

Первое время кополята только бегают; они начинают летать, уже когда вырастут с перепела и отрастят маховые перья, что бывает дней через 10—14, но никак не через несколько дней, как полагает М. Н. Богданов( По Климову, глухарята начинают летать через две недели, с чем согласны и мои наблюдения ). В этот первый период жизни птенцов самка водит их обыкновенно по сечам хвойных лесов( В смешанном лесу, где все-таки травы гораздо более, чем в хвойном, особенно чистом сосновом, глухарята остаются, однако, там же, где вывелись ), и вообще выводки держатся среди сучьев, пней и густой травы, доставляющих им как безопасное убежище от хищных птиц, так и значительное количество животной пищи, заключающейся в насекомых и их личинках и гусеницах, особенно в муравьиных яйцах; кроме того, глухарята кормятся тогда и молодыми сочными стебельками разных трав, заменяющих им отчасти питье; на глухарятах, содержавшихся в неволе, было замечено, что при сочной пище они вовсе не пили. Глухарки очень любят гнездиться поблизости подобных сеч и переселяются сюда с своим юным потомством на другой, много через несколько дней, а иногда, особенно в старых, уже нескольких заросших гарниках, можно встретить как глухариные выводки, так и линяющих самцов, которые, впрочем, держатся преимущественно в мшарниках. Глухарята очень любят купаться в земле, особенно в песке, — потребность, вызванная изобилием вшей и особенно заметная у куриных птиц. У глухарей эта любовь к купанью в земле выражается всего яснее, и недаром сибиряки и промышленники Северной России называют глухарку кополухой, а глухарят — кополятами. Где много глухарей и глухариных выводков, там, летом в особенности, нередко можно встретить более или менее значительные ямки и углубления около пней, разрытые муравейники, и можно быть уверенным, что это дело кополят с маткой. Последняя первое время очень заботится о них, даже еще более, чем тетерка, и глухарята держутся всегда с нею, не разбегаясь широко, и на ночь укрываются под ее крыльями и спят на земле.

По мере своего возрастания кополята чаще и чаще встречаются на значительном расстоянии один от другого, разбегаются все шире и шире; к Петрову дню, даже ранее — с середины июня, взлетая, уже не укрываются по-прежнему в траву, а рассаживаются по деревьям вместе с маткой, которая выказывает уже все меньшую и меньшую горячность. В начале июля вместе со сменой гнездового наряда на переходное глухариные выводки переселяются из сеч в высокоствольный лес и ночуют уже часто на деревьях (хотя М. Н. Богданов и утверждает противное), рассаживаясь обыкновенно на одном дереве, хотя бы и на разных сучках: мне не раз приходилось спугивать выводок с деревьев поздним вечером. Это объясняется и относительной безопасностью подобной ночевки от хищных зверей, рыскающих обыкновенно в ночное время. Всего чаще очень молодые кополята, таящиеся в траве, достаются в добычу лисе, но иногда их ухитряется скрадывать и ловить даже неуклюжий мишка, который, однако, не оставляет их в покое и на деревьях. По свидетельству Черкасова, вообще отличающемуся своею правдивостью, медведи после дождя нередко стряхивают с деревьев намокших кополят, усевшихся здесь для просушки.

К открытию охотничьего сезона молодые глухари в большинстве случаев уже начинают свою первую линьку, и пух постепенно заменяется перьями, которые придают им уже значительно большую пестроту(По Брему, все маленькие перья головы, задней части шеи и спины у основания — серо-черные, на кончике — беловатые с ржаво-желтыми поперечными пятнами; маховые перья — серо-черные с ржаво-желтыми пятнами и полосками; верхние кроющие перья крыльев похожи на спинные, а перья нижней стороны — ржаво-желтые с бурыми пятнами и полосками.

Перья эти также скоро выпадают, а цыплята наряжаются во второй перистый наряд. В это время оперение головы и задней части шеи — ржаво-серо-желтое с черноватыми и бурыми полосками и извилистыми линиями. Перья спины имеют на ржаво-буром фоне такой же узор. Места под глазами — буроватого цвета с белыми пятнами. Горло — серо-белое с темносерыми боками и поперечными пятнами. Передняя часть шеи — ржаво-желтовато-белая с черноватыми поперечными полосками и ржавой конечной каемкой, рядом с которой находится иногда еще и черноватая. Зоб - ржаво-желтый с белыми кончиками перьев и пятнами. Остальная нижняя часть тела покрыта белыми, ржаво-желтыми и бурыми перьями с поперечными полосами, образующими весьма неправильный узор.). Молодые самки в это время уже заметно отличаются от темных самцов своею желтизною и вообще более светлым оперением; в особенности темнее зоб у молодых самцов, и по этому признаку их можно узнать еще около Петрова дня. К средине июня незадолго до начала линяния вместе с развитием своей летательной способности глухарята сами отыскивают свою пищу и все чаще и чаще начинают кормиться ягодами, которые в июле являются их главною пищею(По замечанию уральских промышленников, глухарята до августа месяца держатся по увалам.). Вместе с окончательным переходом на ягодный корм кополята становятся более самостоятельными, а достигнув величины рябчика, уже могут обойтись и вовсе без матки, хотя, по правде сказать, всегда гораздо глупее и беспомощнее тетеревят, которые стараются улететь подальше от опасности, а не укрыться от нее на деревьях.

К тому времени, т. е. к июлю, старые глухари-самцы доканчивают свое линяние( Линяние продолжается несколько более месяца — до 6 недель; вместе с тем меняются также чешуйки на ногих, как это замечено Мёвесом у других куриных (см. «Journal f. Ornithologie», 1861, IV, p. 279). ) и начинают понемногу выбираться из крепей, куда они переселились еще с первой половины мая. Моховые болота, густо поросшие багульником, иногда вереском, изобилующие брусникой, а чаще клюквой, прошлогодние ягоды коих составляют иногда главную пищу их в течение двух месяцев, составляют любимое летнее местопребывание линяющих самцов. Здесь они постоянно находятся на земле и до августа, даже сентября, до тех пор, покуда не окрепнут перелинявшие махи, летают только в крайности. В самом разгаре своей линьки, в Петровки, глухари иногда даже вовсе не могут подняться на воздух и, вероятно, нередко достаются в добычу хищным зверям. Там, где нет моховых болот, т. е. исключительно на южных границах своего распространения, старые глухари избирают своим летним жилищем гарники или сечи, густо заросшие молодым хвойным лесом, и живут здесь в самой чаще или густом папоротнике, выходя на более открытые места только по зорям. Вообще в мае и июне они держатся в самых недоступных местах и потому встречаются очень редко. Только с первой половины июля иногда удается найти их в ближайших ягодниках, именно в земляничниках, но в некоторых местностях, особенно на севере, глухари живут в моховых болотах до конца лета, питаясь в июле морошкой, вероятно, и поляникой, а в августе — брусникой и клюквой. Таким образом, глухарь в это время держится исключительно не в крупноствольном лесу, а в мелком краснолесье и посещает б. ч. одни окраины боров, впрочем, не столько ради растущих здесь ягод брусники и черники, сколько ради потребности купания в сухой земле, гнили истлевших стволов и песке, зерна которого, иногда и довольно крупные камешки, необходимы для его пищеварения. С тою же целию линяющие глухие тетерева нередко посещают в сечах и остатки от куч угля, сжигаемого т. н. кабанщиками (в Уральских горах). Зола этих кабанов заменяет им песок, и потому часто глухари в течение целого лета живут поблизости подобных куч, тем более что человек заходит сюда очень редко. В таких уединенных, редко посещаемых местностях можно встретить линяющих самцов даже около полден; часто они бывают настолько заняты своим купаньем, что подпускают на несколько шагов. На этом основании во многих местностях Верхо-турского Урала довольно часто удается скрадывать глухарей на ку-чанках, а именно: заметив признаки посещения этих птиц по рыти-кам, т. е. ямкам, оставляемым ими, рано утром, перед восходом отправляются на сечи и, выслушав лопотанье купающихся самцов, подкрадываются к ним на выстрел. Иногда одну и ту же кучу одновременно посещают несколько глухарей, и, судя по всему, они относятся довольно дружелюбно один к другому. Нередко также с тою же целию глухари посещают песчаные берега лесных рек и ручьев; кроме того, как сказано выше, они глотают и довольно крупные камешки; почти во всякое время года число последних бывает весьма значительно. Здесь, кстати, можно заметить, что эта привычка, общая, впрочем, всем куриным птицам, послужила в некоторых местностях Урала поводом к добыванию глухарей не ради их мяса, а ради глотаемых ими камней( Большая часть камней, находимых в желудке глухарей, имеет, конечно, небольшую величину. Иногда в числе зерен кварца, различных кремнистых пород попадаются частицы металлов, но тем не менее и те и другие бывают обыкновенно отшлифованы и округлены. Случается, что в желудке находят более рюмки подобных твердых веществ ), между которыми иногда встречаются и алмазы. Так, мне достоверно известно, что в Воздвиженке( Екатеринбургского уезда, верстах в 20 от Каслинского завода к севе-ру. ) охотники из мастеров находящегося здесь стеклянного завода нарочно ходят стрелять глухарей в одну местность дачи и затем ищут в желудке убитых алмазы, столь необходимые в стеклянном производстве. Несмотря на это весьма важное указание, доказывающее многочисленность этих драгоценных камней, до сих пор никто не делал никаких разведок, быть может, однако, потому, что находимые до сих пор алмазы были весьма плохого достоинства.

К средине, даже началу июля глухари, за редкими исключениями, окончательно перелинивают и начинают, подобно косачам, вести менее скрытный образ жизни, большею частию перебираются из моховых болот и гарей в бор, где и кормятся че'рникой, голубикой, а затем брусникой. Таким образом, все периодические явления жизни глухих тетеревов происходят на две, даже на три недели ранее, чем у полевиков-чернышей, линька которых в конце июня и начале июля находится иногда в полном разгаре. То же самое относится и к глухариным выводкам: между тем как смена гнездового оперения на переходное у тетеревят происходит редко ранее средины июля, глухарята начинают мешаться, т. е. у молодых самцов появляются темные перья, иногда до Петрова дня. Эти т. н. букеты, прежде всего появляющиеся на плечах и на зобу, постепенно разрастаются все шире и шире по плечам, спине, зобу и груди; голова перелинивает последнею, и одновременно с нею линяют маховые и рулевые перья. В начале августа, в более южных местностях — даже в конце июля молодые глухари-самцы мало уступают в росте старым глухарям, отличаясь от стариков многочисленными рыже-бурыми пестринами( По Брему, у молодого глухаря в переходном наряде голова — черно-серая с ржавым налетом и светло-пепельными пятнами. Оперение задней части шеи и боков ее — пепельно-серое, незаметно переходящее в желто-серое. Нижняя часть спины и надхвостье — того же цвета. Передняя же часть спины — матового ржаво-бурого цвета с черно-бурыми зигзагами. Перья плеч и верхние кроющие крыльев — темно-бурые с беловатыми пятнышками на конце и черноватыми волнистыми линиями. Горло и передняя часть шеи — серовато-белые с черноватыми и пепельно-серыми пятнами. Оперение зоба и груди посредине — черное с ржавыми и серыми кончиками, по бокам — ржавого цвета, перемешанного с черноватым. ). Этот переходный наряд меняется ими на окончательный наряд взрослых самцов уже на третьем году жизни; глухарь затем только растет и увеличивается в весе, вероятно до 8-летнего возраста; наибольшая продолжительность жизни этих птиц навряд ли более 10 лет. Что же касается молодых самок, то переходный наряд их почти не разнится от оперения старых, и они только, видимо, меньше ростом и иногда заметно светлее( Следует заметить, что сибирские (но не уральские) глухарки всегда заметно светлее среднерусских, т. е. желтизна их менее яркая. ). Последние же линяют почти в одно время с молодыми и тогда, т. е. во второй половине июля, уже не выказывают к ним своей прежней горячности и иногда даже молча улетают от выводка.

Вообще с средины этого месяца, т. е. когда собственно только начинается охота на тетеревиные выводки, кончается настоящая стрельба глухарят из-под легавой собаки, а в августе их уже бьют исключительно промышленники на деревьях, сидячими. Только в ранний возраст спугнутый выводок глухарей очень редко садится на лес; но с переменой гнездового пера на переходный наряд вместе с переселением своим из сечей и гарей в более крупный лес, на лесные ягодники, молодые глухари при малейшей опасности рассаживаются по деревьям.

Настоящая охота на глухариные выводки, т. е. стрельба их из-под стойки легавой собаки, таким образом, ограничивается весьма небольшим промежутком времени и, по правде сказать, приносит даже больший вред, чем ранняя стрельба тетеревиных выводков. Это зависит от того, что в ранний возраст свой глухарята еще глупее и беспомощнее тетеревят и, осиротев, наверное делаются добычей хищных зверей и птиц. Глухарка, правда, заметно осторожнее тетерки, но все-таки легко делается первою добычею охотника, а птенцы первое время лежат очень крепко и дольше тетеревят не отзываются на манку( Глухарка так же, как и тетерка, обыкновенно первою прилетает на манку, но ее большею частию приходится стрелять на деревьях. Все-таки она идет на манку спустя довольно долгое время. В окрестностях Екатеринбурга, если охотятся вдвоем, то один даже обыкновенно идет в обход и загоняет кополуху. Поэтому мнение Климова («Охота в Могилевской губернии»), что глухарку легче и скорее привабить, чем тетерку, и что она нередко отзывается еще не разогнанным выводком, несправедливо.), почему большая часть их делаются уже потом добычею хищных зверей, птиц или же околевают с голода. Затем, когда глухарята начнут мешаться, то охота за ними с легавой становится уже довольно затруднительной, так как в большинстве случаев найденная выводка перемещается дальше полевиков и почти всегда рассаживается на деревьях, так что найти ее без собаки, приученной подлаивать сидящих на дереве глухарей, очень трудно. Притом следует заметить, что потревоженная матка, если успеет, далеко уводит цыплят и часто даже совсем переселяется с ними на другое место и вообще не так настойчиво придерживается местности, как тетерка.

Всего затруднительнее охота с легавой на выводки глухарей крупной породы, т. н. раменных (см. в.), которые несравненно чаще рассаживаются по деревьям, чем выводки мелких шахровых. Поэтому охота за первыми возможна исключительно с русскими собаками (лайками), которые умеют подлаивать поднявшихся с земли и рассыпавшихся по деревьям глухарят. «Как скоро поднялась с земли глухарка, — говорит Н. Поспелов(«Ж. охоты», 1875 г., ноябрь), — и загоготала своим звучным голосом, слышным иногда далее, чем за сто сажен, давая этим знать об угрожающей опасности своим детям, молодые глухарята в мгновение ока рассыпаются в чаще леса по деревьям и искусно прячутся в хвое. Легче всего убить матку. Она, беспокоясь об участи детей и перелетая с одного места на другое неподалеку от рассыпавшегося выводка, забывает о собственной безопасности и свободно допускает к себе на ружейный выстрел. За шахровыми же выводками вместе с русскими собаками полезно брать легавую собаку, так как выводки этой породы большую часть дня, в особенности по утрам и вечерам (до заката солнца), гуляют по лесным логам, питаясь в траве насекомыми( Прибавим — и ягодами. ). Легавая собака, отыскав в логу выводок, может сделать по нем стойку, и, прежде чем он долетит по лесу, охотник может успеть выстрелить по выводку из обоих стволов. Затем с помощью русских собак нетрудно разыскать этот выводок по деревьям». Различие охоты на выводки той и другой породы объясняется, конечно, их местопребыванием: как мы видели, по словам того же автора, большой глухарь водится только в больших хвойных лесах, любит преимущественно глухие поросли, моховые мокрые болота, не менее мокрые овраги, засоренные лесные речки. Напротив, шахровый глухарь живет иногда вблизи человеческих жилищ, не в таком глухом и сплошном лесу, любит перелески, сечи и нередко встречается в смешанном лесу, где первая порода почти никогда не замечается. Вообще по своему образу жизни мелкая порода глухарей имеет уже довольно много общего с полевыми тетеревами и, подобно последним, предпочитает (летом) сечи и гари моховым болотам, а осенью нередко вылетает кормиться на ближние поля, чего большие глухари никогда не делают, таким образом вполне оправдывая свое название. Что касается летней охоты на старых глухарей, то она весьма затруднительна, особенно на последнюю породу, которая живет в более неприступных местах, чем первая, и вдобавок несравненно хуже выдерживает стойку собаки: большой глухарь нередко бежит от нее более версты, и не всякий охотник в состоянии выдержать утомительную ходьбу по мшарнику и лесным чащам и трущобам, где стрелять иногда почти невозможно.

С первых чисел августа молодые глухари иногда оканчивают свое линяние, мало-помалу покидаются старками и некоторое время — недели две-три — живут хотя поблизости один от другого, но все-таки вразнобой( У нас это явление постоянное, и неизвестно почему многие немецкие авторы, в том числе и Winckel («Handbuch fur Jager»), принимают, что все выводки остаются с маткой до конца зимы ). Молодые самочки иногда, впрочем, остаются с матками, но это не составляет здесь такого обычного явления, как у тетеревов. Вообще в августе глухари, как старые, так и молодые, на севере живут преимущественно в моховых болотах, где и питаются главным образом клюквой и толокнянкой (Vacci-nium vitis idaea).C сентября они мало-помалу собираются в небольшие стайки, оставляют ягодный корм и ищут корму на деревьях. С конца месяца начинается осенний период жизни глухарей и самый главный промысел этих крупных птиц, составляющих завидную добычу для каждого промышленника.

← Встречная   ...  Угонная →

АРХИВ НОВОСТЕЙ